Почему молодёжь тянет к терроризму

Терроризм – это молодость мира?

В СССР очень любили плакаты с призывами. Например – «Партия – ум, честь и совесть нашей эпохи». Они трепетали на алых растяжках, светили неоном во тьме, указывая верный путь… А я каждое утро ходил на работу мимо лозунга, который тянулся по крыше пятиэтажки во всю её длину: «Коммунизм – это молодость мира, и его созидать молодым!»

У новой жизни – новые песни. Но часто они напоминают мне старые. Достаточно изменить лишь первое слово и – «Терроризм – это молодость мира!». Актуально. И страшно.

Но почему именно младая поросль охотно тянется к террору? Не мы первые задаём этот вопрос. Над ним ломали головы родители народовольцев ещё в XIX веке. А заглянув в глубь веков, мы встретим в древней Иудее секариев («кинжальщиков»), которые тайно резали римлян. Примеров много.

Может, в этом и разгадка? Секарии боролись за независимость своей земли и веры. И запрещённое в России Исламское государство провозглашает защиту «истинной веры». 

Зерно истины здесь есть. Но это не ответ, почему исламистский терроризм находит сторонников среди молодых людей иной культуры, менталитета и веры. 


«Романтики» с большой дороги

Ещё в 2015 году, выступая на саммите по борьбе с экстремизмом, директор ФСБ РФ Александр Бортников сообщил: в рядах ИГИЛ находятся более 1700 молодых людей из России. Думаю, это минимум: в период расцвета кровавого «халифата» они могли составлять до пяти, а то и десяти тысяч человек. Особо отличился Дагестан. Из его сёл на «джихад» уезжали по десять, двадцать семей.

Основной приток боевиков с Кавказа в Сирию сначала составляли террористы запрещённой в РФ организации «Имарат Кавказ». Они уже были одурманены религиозно-националистической пропагандой, скрывались «в лесах», резали и расстреливали соплеменников, срастались с уголовным криминалом. 


Поток «лесных» братьев быстро иссяк, его надо было подпитывать. Обработкой молодёжи, которая не нашла место в российской жизни и тянулась за красивыми лозунгами о справедливости, которую дарует государство «истинного ислама», занимаются теперь профессиональные интеллектуалы в социальных сетях Интернета, в школьных, дворовых, студенческих сообществах, в армейских коллективах, среди «офисного планктона» и обычных работяг. 


До последнего времени у них это неплохо получалось. Но неужто причина – лишь религия и романтика? Нет, конечно. А что?


«Все дети там учатся в школах, и сыты всегда старики»

Это – слова из песни шарманщика в старом фильме «Золотой ключик» (1939). Так вот, привлекательность страны головорезов – не столько религиозная, сколько социально-экономическая. Вот как её определил журналист и политолог Артур Приймак: «Многие выходцы из России, волоча  в опасное для жизни путешествие в ИГ своих детей, бегут от беспросветной для обычного человека  действительности в своих регионах, где без денег и связей не устроишься сам и не устроишь будущего своим детям. Особенно это касается Дагестана, который не знает, что такое кризис, поскольку не выходил из кризиса вообще. Жажда социальной справедливости – одна из причин, заставляющая российскую молодежь  искать ее в джихадистском подполье».


С Приймаком согласен профессор МГИМО Михаил Александров: «На фоне коррумпированной насквозь политической элиты, как на Западе, так и у нас, ИГИЛ может показаться маяком надежды для уставших от воровства, коррупции и политической демагогии людей».


Запрещенное в России Исламское государство всегда поддерживало эту легенду. Особенно в отношении семейной миграции. Прибывшим в ИГ семьям предоставлялись лучшие условия, чем мигрантам– одиночкам, была отлажена система «исламских детских садов» и школ. На воспитание подрастающего поколения террористический халифат выделял огромные деньги. И всё без очереди, бесплатно. А устроить ребёнка в детсад Москвы или того же Дагестана невозможно было без взятки. Как пишет Приймак, «в случае с джихадистскими формированиями лозунги о социальной справедливости подкрепляются их частичной фактической реализацией». И не только на территории ИГ. Активисты казанской ячейки «Хизб-ут-Тахрир» (в России признана террористической организацией) кормили бесплатным пловом бездомных и нуждающихся, занимались реабилитацией алкоголиков и наркоманов. Безусловно, это привлекало юношей и девушек с обострённым чувством справедливости.

То есть лозунг «Терроризм – это молодость мира!» действительно работал. Конечно, для «своих». Так станьте «нашими»! – предлагали исламистские головорезы. И всё у вас будет в шоколаде.


Мальчики-мажоры идут в головорезы

Но не всё так очевидно. Предводитель террористической группировки «Гимринская» Ибрагим Гаджидадаев, убитый в 2013-м, был типичным дагестанским мажором. О таких Борис Гребенщиков пел, что они «сходят с ума, потому что им нечего больше желать». В рядах «лесного» бандподполья Дагестана немало детей высокопоставленных чиновников и даже сотрудников силовых структур. В «нурлатском джамаате», который действовал до 2010 года на юге Татарстана, участвовал сын прокурора города Чистополь Руслан Спиридонов. Ваххабиты Крыма – сплошная мажорная тусовка (по мнению крымчан)… 

Детишки проворовавшихся чиновников, олигархов и прочей сволочи, разбивая спьяну дорогущие автомобили, скупая элитных потаскушек, блуждая по глобусу в поисках приключений, теряют остроту ощущений. Но многие не могут достичь ничего путного, самоутвердиться в жизни. А ведь хочется стать реально уважаемыми, значимыми, чтобы о них говорили, чтобы они сами чего-то добились.

Однако для этого надо обладать способностями, упорством, самоотдачей. К сожалению, у зажравшихся мажоров этого нет.

Чувство полной власти над людьми опьяняет, какими бы идеалами ты ни прикрывался. Даже самые «праведные» и религиозные боевики, по воспоминаниям заложников, с особым удовольствием издевались над жертвами, над мирными жителями. Морили жаждой, заставляли выполнять унизительные приказы ради развлечения. Самоутверждение путем насилия, возможность почувствовать себя «сверхчеловеком», властным над жизнью десятков и сотен людей – вот важный мотив «пришельцев» в ИГИЛ из российской «золотой молодёжи».

Само собой не рассосётся

Но что же делать, как с этим бороться? Некоторые ждут, что всё «рассосётся само собой». Действительно, ИГИЛ терпит поражение за поражением, и от российско-сирийской коалиции, и в том числе от американской (те предпочитают иметь дело с «умеренной оппозицией»). Поток «правоверных террористов» в Сирию иссякает. Многие там и полегли. 

Это верно. Но многие ведь возвращаются в родные края. И далеко не все сделали из трагедии верные выводы. Кому-то так промыли мозги, что они могут продолжить борьбу за всемирный халифат на Кавказе и по всей России. Необходимо делать срочные, совершенно понятные шаги. И главное тут – не только «фильтровка» «возвращенцев». На одном из первых мест – социальное и экономическое изменение общества. В первую очередь – Северного Кавказа. Здесь ситуация наиболее запущенна. Однако из выступлений специалистов по этому региону я могу сделать вывод, что внятной стратегии здесь до сих пор не существует. 

Особенно тревожно, что экономический упадок Кавказа накладывается на религиозный национализм. Будем откровенны: терроризм в регионе появился давно. Ещё в начале ХХ века мусульманские богословы забили тревогу по поводу проникающих на Кавказ экстремистских псевдоисламских течений, в том числе ваххабизма. Ученые Египта предупредили дагестанских собратьев письмом: «Будьте осторожны, «лиса с горящим хвостом ушла в ваши созревшие поля посевов». Сегодня эти посевы полыхнули.


Это – и последствие чеченских войн (ещё в 90-е эксперты предупреждали – растёт поколение «чечен-югенд»), и постоянная исламистская «партизанщина». Когда с 2008 по 2010 годы я был аналитиком «Интерфакса» по Югу России, почти ни один день не обходился без кровавых преступлений на Кавказе. Но в стране царило благодушие. В октябре 2005-го рвануло в Кабардино-Балкарии. Я был в Нальчике, когда несколько групп боевиков пытались захватить город, видел трупы, перевёрнутый БТР, попадал под перестрелки. Но страна продолжала жить так, словно это её не касалось. Вот и коснулось…


Конечно же, есть и положительные подвижки. В Ставропольском крае действуют подростковые православно-мусульманские лагеря, где дети разных религий лучше узнают друг друга и культуры разных народов. Развивается движение куначества, когда дети, молодёжь разных этносов братаются между собой и поддерживают эти связи. Совершенно замечательный интернет-проект «Односельчане.ру» призван объединить в виртуальном пространстве всё население Дагестана. Конечно, если проект получит серьёзную поддержку местных и центральных властей. 

Мы живём в стране, объединившей огромное число народов, этносов. Но все мы – россияне, граждане ВЕЛИКОЙ СТРАНЫ. Только осознав это до конца, мы можем противостоять любым вызовам.