Точка зрения / №292 от 28 Сентября 2018 г.

«Лисица с горящим хвостом» вышла на охоту


поделиться
ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru


Корреспондент Александр Сидоров

Почему молодёжь тянет к терроризму

Терроризм – это молодость мира?

В СССР очень любили плакаты с призывами. Например – «Партия – ум, честь и совесть нашей эпохи». Они трепетали на алых растяжках, светили неоном во тьме, указывая верный путь… А я каждое утро ходил на работу мимо лозунга, который тянулся по крыше пятиэтажки во всю её длину: «Коммунизм – это молодость мира, и его созидать молодым!»

У новой жизни – новые песни. Но часто они напоминают мне старые. Достаточно изменить лишь первое слово и – «Терроризм – это молодость мира!». Актуально. И страшно.

Но почему именно младая поросль охотно тянется к террору? Не мы первые задаём этот вопрос. Над ним ломали головы родители народовольцев ещё в XIX веке. А заглянув в глубь веков, мы встретим в древней Иудее секариев («кинжальщиков»), которые тайно резали римлян. Примеров много.

Может, в этом и разгадка? Секарии боролись за независимость своей земли и веры. И запрещённое в России Исламское государство провозглашает защиту «истинной веры». 

Зерно истины здесь есть. Но это не ответ, почему исламистский терроризм находит сторонников среди молодых людей иной культуры, менталитета и веры. 


«Романтики» с большой дороги

Ещё в 2015 году, выступая на саммите по борьбе с экстремизмом, директор ФСБ РФ Александр Бортников сообщил: в рядах ИГИЛ находятся более 1700 молодых людей из России. Думаю, это минимум: в период расцвета кровавого «халифата» они могли составлять до пяти, а то и десяти тысяч человек. Особо отличился Дагестан. Из его сёл на «джихад» уезжали по десять, двадцать семей.

Основной приток боевиков с Кавказа в Сирию сначала составляли террористы запрещённой в РФ организации «Имарат Кавказ». Они уже были одурманены религиозно-националистической пропагандой, скрывались «в лесах», резали и расстреливали соплеменников, срастались с уголовным криминалом. 


Поток «лесных» братьев быстро иссяк, его надо было подпитывать. Обработкой молодёжи, которая не нашла место в российской жизни и тянулась за красивыми лозунгами о справедливости, которую дарует государство «истинного ислама», занимаются теперь профессиональные интеллектуалы в социальных сетях Интернета, в школьных, дворовых, студенческих сообществах, в армейских коллективах, среди «офисного планктона» и обычных работяг. 


До последнего времени у них это неплохо получалось. Но неужто причина – лишь религия и романтика? Нет, конечно. А что?


«Все дети там учатся в школах, и сыты всегда старики»

Это – слова из песни шарманщика в старом фильме «Золотой ключик» (1939). Так вот, привлекательность страны головорезов – не столько религиозная, сколько социально-экономическая. Вот как её определил журналист и политолог Артур Приймак: «Многие выходцы из России, волоча  в опасное для жизни путешествие в ИГ своих детей, бегут от беспросветной для обычного человека  действительности в своих регионах, где без денег и связей не устроишься сам и не устроишь будущего своим детям. Особенно это касается Дагестана, который не знает, что такое кризис, поскольку не выходил из кризиса вообще. Жажда социальной справедливости – одна из причин, заставляющая российскую молодежь  искать ее в джихадистском подполье».


С Приймаком согласен профессор МГИМО Михаил Александров: «На фоне коррумпированной насквозь политической элиты, как на Западе, так и у нас, ИГИЛ может показаться маяком надежды для уставших от воровства, коррупции и политической демагогии людей».


Запрещенное в России Исламское государство всегда поддерживало эту легенду. Особенно в отношении семейной миграции. Прибывшим в ИГ семьям предоставлялись лучшие условия, чем мигрантам– одиночкам, была отлажена система «исламских детских садов» и школ. На воспитание подрастающего поколения террористический халифат выделял огромные деньги. И всё без очереди, бесплатно. А устроить ребёнка в детсад Москвы или того же Дагестана невозможно было без взятки. Как пишет Приймак, «в случае с джихадистскими формированиями лозунги о социальной справедливости подкрепляются их частичной фактической реализацией». И не только на территории ИГ. Активисты казанской ячейки «Хизб-ут-Тахрир» (в России признана террористической организацией) кормили бесплатным пловом бездомных и нуждающихся, занимались реабилитацией алкоголиков и наркоманов. Безусловно, это привлекало юношей и девушек с обострённым чувством справедливости.

То есть лозунг «Терроризм – это молодость мира!» действительно работал. Конечно, для «своих». Так станьте «нашими»! – предлагали исламистские головорезы. И всё у вас будет в шоколаде.


Мальчики-мажоры идут в головорезы

Но не всё так очевидно. Предводитель террористической группировки «Гимринская» Ибрагим Гаджидадаев, убитый в 2013-м, был типичным дагестанским мажором. О таких Борис Гребенщиков пел, что они «сходят с ума, потому что им нечего больше желать». В рядах «лесного» бандподполья Дагестана немало детей высокопоставленных чиновников и даже сотрудников силовых структур. В «нурлатском джамаате», который действовал до 2010 года на юге Татарстана, участвовал сын прокурора города Чистополь Руслан Спиридонов. Ваххабиты Крыма – сплошная мажорная тусовка (по мнению крымчан)… 

Детишки проворовавшихся чиновников, олигархов и прочей сволочи, разбивая спьяну дорогущие автомобили, скупая элитных потаскушек, блуждая по глобусу в поисках приключений, теряют остроту ощущений. Но многие не могут достичь ничего путного, самоутвердиться в жизни. А ведь хочется стать реально уважаемыми, значимыми, чтобы о них говорили, чтобы они сами чего-то добились.

Однако для этого надо обладать способностями, упорством, самоотдачей. К сожалению, у зажравшихся мажоров этого нет.

Чувство полной власти над людьми опьяняет, какими бы идеалами ты ни прикрывался. Даже самые «праведные» и религиозные боевики, по воспоминаниям заложников, с особым удовольствием издевались над жертвами, над мирными жителями. Морили жаждой, заставляли выполнять унизительные приказы ради развлечения. Самоутверждение путем насилия, возможность почувствовать себя «сверхчеловеком», властным над жизнью десятков и сотен людей – вот важный мотив «пришельцев» в ИГИЛ из российской «золотой молодёжи».

Само собой не рассосётся

Но что же делать, как с этим бороться? Некоторые ждут, что всё «рассосётся само собой». Действительно, ИГИЛ терпит поражение за поражением, и от российско-сирийской коалиции, и в том числе от американской (те предпочитают иметь дело с «умеренной оппозицией»). Поток «правоверных террористов» в Сирию иссякает. Многие там и полегли. 

Это верно. Но многие ведь возвращаются в родные края. И далеко не все сделали из трагедии верные выводы. Кому-то так промыли мозги, что они могут продолжить борьбу за всемирный халифат на Кавказе и по всей России. Необходимо делать срочные, совершенно понятные шаги. И главное тут – не только «фильтровка» «возвращенцев». На одном из первых мест – социальное и экономическое изменение общества. В первую очередь – Северного Кавказа. Здесь ситуация наиболее запущенна. Однако из выступлений специалистов по этому региону я могу сделать вывод, что внятной стратегии здесь до сих пор не существует. 

Особенно тревожно, что экономический упадок Кавказа накладывается на религиозный национализм. Будем откровенны: терроризм в регионе появился давно. Ещё в начале ХХ века мусульманские богословы забили тревогу по поводу проникающих на Кавказ экстремистских псевдоисламских течений, в том числе ваххабизма. Ученые Египта предупредили дагестанских собратьев письмом: «Будьте осторожны, «лиса с горящим хвостом ушла в ваши созревшие поля посевов». Сегодня эти посевы полыхнули.


Это – и последствие чеченских войн (ещё в 90-е эксперты предупреждали – растёт поколение «чечен-югенд»), и постоянная исламистская «партизанщина». Когда с 2008 по 2010 годы я был аналитиком «Интерфакса» по Югу России, почти ни один день не обходился без кровавых преступлений на Кавказе. Но в стране царило благодушие. В октябре 2005-го рвануло в Кабардино-Балкарии. Я был в Нальчике, когда несколько групп боевиков пытались захватить город, видел трупы, перевёрнутый БТР, попадал под перестрелки. Но страна продолжала жить так, словно это её не касалось. Вот и коснулось…


Конечно же, есть и положительные подвижки. В Ставропольском крае действуют подростковые православно-мусульманские лагеря, где дети разных религий лучше узнают друг друга и культуры разных народов. Развивается движение куначества, когда дети, молодёжь разных этносов братаются между собой и поддерживают эти связи. Совершенно замечательный интернет-проект «Односельчане.ру» призван объединить в виртуальном пространстве всё население Дагестана. Конечно, если проект получит серьёзную поддержку местных и центральных властей. 

Мы живём в стране, объединившей огромное число народов, этносов. Но все мы – россияне, граждане ВЕЛИКОЙ СТРАНЫ. Только осознав это до конца, мы можем противостоять любым вызовам.

Комментарии читателей
(Вход для анонимных комментаторов обозначен зеленой иконкой) Не публикуются комментарии, содержащие ненормативную лексику, ссылки на сторонние ресурсы, сообщения рекламного характера или противоречащие законодательству РФ. Лучшие комментарии могут быть опубликованы в газете.
Новые публикации

Также в рубрике
Конец «шпионским» страстям?
В прошлом году курганский фермер пожаловался президенту Путину на то, что стал обвиняемым из-за покупки ошейника с GPS-трекером для блудливой коровы, ...
Под подозрением – принцессы
В одной семье произошел  конфликт из-за… «Золушки». Невестку и свекровь поссорила старая добрая сказка. Вернее, в том-то все дело, что невестке о...
Так где ж ты, друг, наш третий друг?
Это вам не компаньон Не знает народ российский своих национальных праздников. В этом я убедился лично в ходе опроса своих родных, а такж...
Привет от Нью-Москвы?
Вчера под вечер пришла довольно неожиданная новость. Оказывается, Батайск, Аксай и часть прилегающих к нему территорий готовы войти в состав Росто...
Сказки хорошие и разные
Кто из нас в детстве не любил слушать сказки?! «Курочку-рябу» и «Теремок», «Цветик-семицветик» и «Золушку», «Гуси-лебеди» и «Снежную королеву»… Они, д...
В этом номере