Под запрет, вводимый Госдумой с 1 марта, подпадают и надписи, выполненные латиницей.
Таким образом, в первый день весны вся публичная информация на улицах наших городов и других населенных пунктов должна писаться исключительно кириллицей. И никаких open, off, sale, cash, exit-entrance и пр. Режим работы, проводимые акции, навигация – все это должно сообщаться исключительно по-русски. И русскими же буквами.
Не моментально, конечно, – на все преобразования законодатели отвели год. Но магазинам и прочим заведениям из числа любителей пряного смешения английского с нижнедонским придется пыл поубавить. И заняться сменой вывесок уже сейчас. А заодно подыскать русские эквиваленты к пустившим у нас корни языковым сорнякам типа навязшего у всех в зубах «девелопера». Честное слово, наш домотканый «застройщик» ничуть не хуже…
При этом назвать принятый думцами закон о защите русского языка в публичном пространстве. драконовским (что, думается, не преминет сделать определенная часть нашей прогрессивной общественности), едва ли можно. Ведь он не рубит под корень всю писанину на «заграничном» наречии, а предлагает альтернативу в виде дублирующей надписи по-русски. К тому же остаются неприкосновенными надписи, содержащиеся в товарных знаках. Главное, чтобы знаки эти были официально зарегистрированы.
В общем, все должно выглядеть, как на дорожных указателях, где название населенного пункта или улицы, написанное на титульном языке, ниже дублируется, как правило, на английском. Главное, чтобы дубляж этот писался грамотно. А то такие сочетания попадаются, что становится обидно сразу за два языка: свой родной и тот, на котором пытались «изящно выразиться».
Согласитесь: ничего экстраординарного, никакого языкового экстремизма. Никаких призывов к возврату к шишковским «хорошилищам» с «гульбищами» и «мокроступами». Но и от языковых монстров типа «Референс по кастингу – у данс-менеджера по скаутингу» увольте.
Как раз такую конструкцию мне как-то раз довелось услышать по трансляции в одном из ростовских переходов. Если кто не догадался, запутавшись в «ингах», речь там шла о наборе молодняка в танцевальный ансамбль. Отсюда «кастинг» – «отбор» и «скаутинг» – здесь «обучение и развитие молодежи». С менеджером по «дансу», то бишь по танцам, к которому следует обращаться, полагаю, все понятно… Вот только в раскидистой, полной англицизмов фразе из русского – только три предлога… Вот что бывает, когда «свою образованность показать хочут». Наворотили нечто совершенно несъедобное...
Давно известно удивительное свойство русского языка впитывать в себя понятия из других языков, обогащаясь за счет этого. Процесс этот длится веками, и сегодня в родную речь вросло и стало новой ее плотью неисчислимое множество действительно полезных слов из других языков. И одновременно русский язык успешно избавлялся от слов ненужных, неуклюжих. От всех эти «репримандов», «афронтов», «ретирад», «конфузий», «политесов»... Они уходили из повседневной речи, но совсем не забывались. Просто при употреблении приобретали иную окраску. Более ироничную, что ли…
Так чужеземные словечки натурализовались на бескрайних русских просторах еще с петровской поры. А то и с более ранних времен... Оттого и в этих моих заметках добрая четверть слов – обрусевшие заимствования. Но не стоит на этом основании пытаться сравнить петровскую языковую экспансию с нынешним лингвистическим набегом. Хотя бы уже потому, что сегодняшний натиск англицизмов стократ мощнее того германо-голландско-французского потока что хлынул в русский язык три века назад. И стократ менее необходим теперь нашему «великому и могучему».
И пусть родная речь обладает непревзойденной способностью к самоочищению – способность эта не беспредельна. Любая языковая крепость способна рухнуть под чужеземным обстрелом. Так что уж лучше родной язык не испытывать на прочность без всякой на то нужды.
В этом смысле нашим законодателям не откажешь во взвешенном подходе к языковой проблеме. Что и демонстрирует принятый Думой закон о защите русского языка в публичном пространстве. Правда, при этом кое-кто из думцев в компании с чиновниками из Минпроса решил закусить удила, и – рубить так рубить! – родилась идея сокращения учебных часов на изучение иностранных языков в старших классах школы.
Ничего не скажешь – серьезная заявка. И так, походя, ее не обсудить – при всей очевидной непродуктивности этой инициативы., Поэтому отложим эту тему на потом. А там, когда пропорция между намерениями инициаторов языкового новшества и их возможностями прояснится, и поговорим.
Пока же, как говорится, to be continued. Уж простите, навеяло…
Источник фото: artrostov.com


