Скажи ей кто­нибудь несколько лет назад, что пойдет она в бизнес, — рассмеялась бы и не поверила. Всю жизнь была бюджетником.

А выйдя на пенсию, Галина Прокофьевна Хавкунова просто захотела, чтобы под одной крышей нашлось место и для детей, и для внуков, и для племянников.

Наперекор врачам

А началось все с обстоятельств очень даже неприятных. Муж Галины Прокофьевны перенес обширный инфаркт, и в условиях ростовского климата чувствовал себя плохо. Чтобы поправить здоровье, нужно было сменить место жительства или, по крайней мере, проводить лето, когда жара становится невыносимой, за пределами Ростова. Хавкуновы часто зимой ездили в Теберду.

Посмотреть же на горную природу летом не доводилось, а мечта такая была. Теперь, казалось, самое время было ее исполнить: где же, как не в горах с их мягким климатом и кристально­чистым воздухом, переждать ростовский зной? Так думали Галина Прокофьевна и ее муж. Врачи же, узнав, как супруги решили поправить здоровье, пришли в ужас. По всем показателям пенсионерам, страдающим гипертонией, ехать в горы не следовало. Но они решили по­другому.

В Теберду они отправились с четырьмя детьми и семерыми внуками. В дороге из­за жары Галине Прокофьевне часто становилось плохо. Ее выносили из машины и заносили обратно. Зато, когда подъезжали к Карачаево­Черкесии, все недомогания как рукой сняло.

Остановились, как всегда, в привычном пансионате. Ростовчане всегда его выбирали. Вот и в этот раз предпочли его остальным. Разместились в знакомых комнатах. По окрестностям тоже уже гуляли не раз. Здесь мало что изменилось, единственное — неподалеку от пансионата развернулась стройка.

Строился обычный жилой дом. Он­то и натолкнул ростовчан на мысль приобрести собственное жилье в Теберде. Сделать это оказалось в этих местах просто. Гид рассказал, что местное население продает недвижимость почти за бесценок. Желают переселиться поближе к центру России или, по крайней мере, туда, где есть газ. К самой Теберде его так и не подвели. Супругов это не остановило, и они попросили гида свести их с теми, кто желал продать жилье. Таких оказалось предостаточно. Семье оставалось только сделать выбор.

Выбор

Остановиться решили на домовладении площадью 120 квадратных метров. Огромный двор. Фруктовый сад. Вид из окон потрясающий (дом находился на взгорье, и местность перед ним расстилалась как на ладони). Построенный всего 12 лет назад, дом имел все удобства. В общем, заселяйся и живи.  Но главное, почему выбор был сделан в его пользу:  здесь могли разместиться и дети, и внуки, и племянники, которым дом, кстати, тоже по­нравился.

Таким образом, многочисленные родственники пришли к единому мнению: продать дом в Аксае, доставшийся Галине Прокофьевне от мамы в наследство, и оформить покупку в Теберде. Посчитали, что старшие поселятся в Карачаево­Черкесии, а молодежь будет приезжать к ним отдыхать. Оформлением документов занялись сразу же, и новый, 2007 год, встречали уже в горах в новом доме.

Тогда же были выявлены первые его недостатки. Отапливать такое пространство соляркой было крайне дорого. Всем пришлось разместиться хоть и в громадной, но одной комнате. Поэтому дом решили достроить и перепланировать. С деньгами проблем не было: покупка нового жилья обошлась в 400 тысяч, наследство же в Аксае продали значительно дороже.

Чтобы расширить первый этаж и достроить второй, Хавкуновы заключили договор со строительной фирмой, а вот все внутренние работы провели самостоятельно: клеили обои, клали плитку, стлали полы, ставили сантехнику. Благодаря общим усилиям у каждого появилось по спальне, а внизу разместили бильярдную.

На следующий Новый год в горы  позвали друзей. И хозяева, и гости были в восторге. Здесь, наконец, осуществилось их представление о том, как должны проходить зимние каникулы: прогулки по заснеженному сосновому бору и катание на лыжах сменялось безмятежным отдыхом в теплом уютном доме. В других гостиницах и пансионатах Теберды такой комфорт был почти невозможен. Зимой большинство экономят на отоплении, а они использовали солярку.

Выходило, конечно, дорого, но Галина Прокофьевна строго придерживалась мнения, что хорошо отдохнуть можно, только когда все условия созданы, а потому раз и навсегда решила: на отдыхе ни в чем себе не отказывать.  Однако, когда радушные хозяева произвели элементарные арифметические подсчеты, они ужаснулись: содержание дома в год обходилось им в сумму для семьи непосильную…

Выход

Но Галина Прокофьевна нашлась. Она решила сдавать комнаты отдыхающим. Назвала свой дом «Ростовчанкой», и с легкой руки предложила отдохнуть в Теберде знакомым. Первые отдыхающие сюда предпочитали приезжать исключительно зимой. Но вскоре стали посещать семейный дом и летом, и весной, и осенью. Реклама «Ростовчанке» не потребовалась, желающие отдохнуть звонили  сами.

С одной стороны, это было неплохо. С другой — приезжающих нужно было обслуживать. Сначала хозяева занимались этим самостоятельно. Но как­то к Галине Прокофьевне обратилась подруга из Львова. Всю жизнь Екатерина Ивановна проработала там учительницей начальных классов, сама была украинкой, но в свое время приехала с мужем­военным из России. Вот это ей почему­то простить местное население и не могло.

Галина Прокофьевна сразу поняла, что подруга — ее спасение. Сама она пока не могла постоянно находиться в Теберде, а приветливая, активная и аккуратная Екатерина Ивановна  могла бы прекрасно ее заменить. Когда бывшей учительнице с Украины предложили переквалифицироваться в хозяйку семейного дома, она с радостью согласилась.

Сегодня Екатерина Ивановна встречает и провожает гостей, следит за домом, готовит. В свободное время ходит в лес, собирает там грибы, ягоды. Из «Ростовчанки» никто не уезжает, не попробовав конфитюры и соленья Екатерины Ивановны. О проблемах, оставшихся в прошлом, женщине вспоминать некогда.

Екатерина Ивановна готовит для тех, кто, отдыхая, не желает становиться за плиту. Тем, кто предпочитает готовить сам, кухня предоставляется в полное распоряжение. Комнаты в семейном доме рассчитаны на 2, 3 или 5 человек.

Проблемы

Сегодня Галина Прокофьевна много делает для того, чтобы газопровод, который проходит всего в сорока километрах от Теберды, наконец, подвели и до них. Обращалась она и к местным властям, и к представителю президента по ЮФО, и к самому президенту, но пока все безрезультатно. Галина Прокофьевна прекрасно понимает: в «Ростовчанку» люди поедут, если Теберда станет более привлекательной.

Сегодня в Теберду потянулись люди. В горных окрестностях все больше появляется новостроек. Среди их владельцев немало ростовчан. Галина Прокофьевна надеется, что, объединившись, вместе они смогут добиться каких­то улучшений: 

— Места здесь заповедные, природа  в сто раз лучше, чем в Альпах. А вот инфраструктура никуда не годится. Столько гостиниц, здравниц, построенных в советское время, сегодня приходят в негодность. Горнолыжных спусков для новичков нет вообще, а ведь большинство отдыхающих далеко не профессиональные лыжники! Разрушается уникальный памятник архитектуры X века — Сентинский храм. И никому нет дела!

Чаяния

Надеется Галина Прокофьевна и на то, что объединятся ее дети в стремлении развивать «Ростовчанку», благодаря которой можно не только отдохнуть всем вместе, но и преумножить семейный доход. Но идти в бизнес, а значит, рисковать, дети не хотят, в отличие от самой Галины Прокофьевны, которая считает, что ей, пенсионерке, уже бояться и терять нечего.

Такой вот удивительный подход: начать жить на пенсии по­новому. Сама Галина Прокофьевна объясняет это просто: обстоятельства заставили. Разве можно, говорит, прожить на пенсию? Вот и приходится выход искать. А начинать новое никогда не боялась. Она даже за руль впервые в 52 года села, сегодня спокойно водит машину по городу. В ростовских пробках простаивать не любит, а вот вести автомобиль, когда едут в Теберду, обожает. Трасса, говорит, там ровная, хорошая, серпантинов почти нет. Можно и не заметить, как доедешь до ворот.

А по приезду — рыбалка, прогулки по лесу. Есть у каждого из супругов свои особые занятия. Муж обожает бегать на перегонки с любимицей семьи — лайкой Масяней. И это после обширного инфаркта! Врачи руками разводят, говорят, это феномен. Галина Прокофьевна же объясняет все целебными силами природы:

— Там такая тишина, такой воздух! Мне больше всего нравится лежать прямо во дворе в кресле под березкой. Нет на земле больше ни одного места в мире, где мне было бы так хорошо. Иногда не хочется возвращаться к заботам, дальнейшему обустройству дома, начинаю грозиться, что продам его, а муж всегда спокойно отвечает: «Где же ты найдешь еще такое кресло под такой березкой?»