Когда­то шахта «Имени 50-­летия Октября» гремела на всю Россию. Предприятие получало ордена, рабочие — не только правительственные награды, но и хорошую зарплату. Да что там хорошую — самую высокую в стране.

Руководили предприятием известнейшие люди — ставший генеральным директором «Гуковугля» и много лет его возглавлявший Константин Лазченко, нынешний вице­губернатор Ростовской области Сергей Назаров. Но прошло время, запасы угля на шахте начали истощаться, проходческие участки — закрываться… Стало ясно, что дни «Полтинника», как по­прежнему называют его в народе, сочтены.

Несколько лет назад, во время реорганизации «Гуковугля» на предприятие «повесили» все долги объединения с намерением его обанкротить. Шахта стала называться «Восточная» и о ее закрытии заговорили всерьез. Но удалось выкарабкаться, продолжить разработку угольных пластов. Какое­то время «Восточная» работала даже лучше, чем те предприятия, которые были выведены из состава обанкротившегося «Гуковугля» и достались другому собственнику.

Но шахта практически исчерпала доступные ресурсы. Зимой разработка угольного пласта 202-­й лавой привела к угрозе обрушения домов в самом центре города Гуково. Жители протестовали, требовали прекратить подработку. И 23 февраля добыча угля была остановлена, вся шахта вошла в режим простоя.

Жители домов, которые начали трескаться и которым хозяева шахты обещали против обрушения металлическую стяжку, вздохнули спокойнее. Горнякам, естественно, остановка производства радости не принесла.

На шахте работает более тысячи человек, и ее остановка приведет к серьезным социальным последствиям для города Гуково и окрестных территорий. Какие перспективы у «Восточной», рассказал председатель профсоюзного комитета шахты Аркадий Савилов.

­Шахту очень подвела остановка 202­-й лавы. С 23 февраля мы находимся в режиме простоя. Собственником выделяются деньги на зарплату рабочим, так как простой происходит по вине предприятия. Что касается надежды, то она, конечно, всегда есть. И прежде всего это надежда на руководство области и страны. Если угольные предприятия будут поддерживать, то шанс выжить у нас имеется. Главное сейчас — сохранить коллектив, нормально отработать те лавы, которые на шахте еще есть. 

По словам лидера проф­союза, с мая готовится к пуску 332­я лава. В июне она начнет выдавать на­гора уголь. Затем на очереди 414­я лава.

Но без сокращений не обойтись — уже в августе, по всей видимости, будут уволены проходчики. Шахта без проходчиков обречена на гибель — вскрытые запасы будут выбраны, а штреки к новым пластам так и не пробьют.

Как быть людям, которые имеют серьезные шансы лишиться работы в депрессивном моногороде? Тысяча человек — это полтора процента населения Гуково. Если учесть, что и на других угледобывающих предприятиях дела складываются не блестяще — скажем, шахта «Гуковская» по­прежнему стоит и ожидает то ли продажи, то ли консервации — ситуация может сложиться очень тяжелая.

Сейчас несколько человек по предложению собственника уехали в Якутию, на строящуюся угольную шахту. Там люди нужны, причем начиная с горнорабочих очистного забоя и заканчивая директором шахты. С гуковчанами готовы заключать контракты на год или на два, принимать бригады по вахтовому методу. Но ведь все трудоспособное население в Якутию не переселишь…